Category: кино

Category was added automatically. Read all entries about "кино".

впал в детство

Пес-рыцарь

Сто раз говорил, что всякий талантливый фильм полон очень "вкусных" мелочей.

"В бой идут одни старики". Милый песик с аэродрома. Обратите внимание на "награду". Ни больше, ни меньше - фрицевский рыцарский крест. Вот так выглядели псы-рыцари. Годный троллинг. Уверен, что эту деталь подсказали Быкову фронтовики... И как это я ее раньше не замечал!

старый

Мефисто? Неа-а... Педрилло!

Сегодня с удовольствием обнаружил в программе ящика забывшийся фильм 80-х годов "Мефистофель" по одноименному роману Клауса Манна - и пересмотрел. Заодно сравнил с увиденным осенью премьерным московским спектаклем "Мефисто" - из того же первоисточника...

Удивительно. Оба варианта интерпретации романа показались мне по своему хороши - кроме одного момента. Да, проблема взаимоотношений нацизма во власти и искусства при такой власти - оказывается вечной и актуальной (ох, думали ли о такой "вечности" Манны!?). А что же вызвало мое внутреннее неудовольствие?

Увы. Главный герой... По сюжету он - чертовски талантливый актер - продает душу нацистскому дьяволу.

Нет, не вытанцовывалось у меня при просмотрах и фильма, и спектакля цельное восприятие этого персонажа в сюжете - хотя два актера, игравших его в двух вариантах, были куда как непохожи и лицом, и манерами, и трактовкой характеров.

И я вдруг понял, где находится проблема моего неприятия! Она в противоречии с тем, что я вижу в действительности!

Нет талантов среди запроданцев украинским нацикам!!! Какой-нибудь клоун, пляшущий для неонаци в сегодняшней реальности, типа вовы зеленского, настолько мелок по сравнению с написанным Клаусом Манном антигероем (и попытками его изображения!), что в этом сравнении понимаешь, где ошибка в экранизациях!

Талант и нацизм - две вещи несовместные. Талант, продающий себя нацизму - исчезает как таковой! Превращается в мусорную бездарность. Хуже: продающийся нацизму - скорее всего, никогда и не был талантом! Потому что нацикам не нужны таланты! Им вполне достаточно "зеленских"! Вот такое пустое место и нужно играть у Клауса Манна!
старый

Когда о них забывают - они возвращаются!

В августе 2010 многие (и я в том числе) писали о системном разгильдяйстве и эффеменджменте, которые были керосином для огненных трагедий того лета. Некоторые положительные сдвиги в организации некоторых аспектов лесного хозяйства и некоторых участков работы по охране лесов (и людей) от пожаров в итоге в некотором роде произошли (аэроразведку реформировали взад, штат лесников увеличили, поправки в Лесной кодекс внесли...). Но ... НАДО ПОМНИТЬ! Иначе всё будет опять - как в первый раз.

Спасибо Андрею Альшевских, коммунисту и депутату, за то, что держит руку на пульсе! (Взято у alshevskix в Легендарный Вижай-2010. После пожара




Кинематографисты вспомнили о Вижае в фильме «Тайна перевала Дятлова». Снимали, понятно, не в лесном поселке, он сгорел 11 августа 2010 года. Хотя с тем уровнем достоверности, может, и хорошо, что киношники не поехали на Северный Урал.



Решил напомнить вам о фотографиях, сделанных 12 августа 2010 года, показать то, что осталось от населенного пункта. За несколько дней до случившегося власти лениво заверяли, что Вижаю ничего не грозит. Очнулись чиновники только после трагедии. Помню, ехал утром в сторону Ивделя среди колонн спецтехники, которая спешила из разных городов области на подмогу.

Collapse )

Завтра постараюсь за 2011 год фотографии выставить.
ангел

Над вымыслом слезами обольюсь...

«Семнадцать мгновений весны» – классика жанра. Для предвоенного поколения такой классикой, ушедшей в фольклор, стали Чапай с Петькой, для предперестроечного времени – именно Штирлиц.

Так вот, меня всегда улыбают поиски т.н. «киноляпов» в классических картинах, в том числе во "Мгновениях".

Во-первых, большинство из этих ляпов можно заметить только при тщательном, специальном, неоднократном просмотре, что уже делает фильм самоценным (ибо ерунду дважды не смотрят).

Во-вторых, попытки требовать от режиссеров, операторов, актеров, костюмеров, сценаристов и проч. - абсолютной исторической точности натыкаются на простое препятствие. Искусство не является действительностью. Чапаев Бабочкина – это не комдив, а всего лишь актер, играющий комдива. Исаев Семенова – не советский нелегал, а всего лишь персонаж художественной книги. Штирлиц Тихонова – это искусство, а не документалистика. Даже "мюллер" в фильме – это не изображение реального наци, а всего лишь актер Броневой, играющий компромиссное видение «как бы Мюллера» режиссером, консультантом, сценаристом, оператором, костюмером, другими людьми творящими фильм - и, конечно, самим актером.

Как сравнивать, например, картины Серова, написавшего Шаляпина или Павлову – и реальные фотографии этих людей! Фото по природе своей не могут не быть копией реальности – но также не могут стать реальностью в высшем смысле. Им не стать картиной живописца, в которой эта реальность преломляется, отражается, унифицируется, диверсифицируется, наполняется сотней смыслов и снова приводится к общему знаменателю – становится искусством (впрочем, искусство настоящего фотографа - это тоже искусство, но согласитесь - мы о другом)

Я всё жду когда любители абсолюта в кино или игровых реконструкциях додумаются до вящей необходимости реально убивать друг друга на экране или на арене. «Шоб было как взаправду!». Детский сад с оттенками шизы…

Ах, в кадре вагоны были не 36-го, а 46-го года выпуска и даже надпись по-русски не сразу замазали! Ах, на заднем плане ЗИЛ проехал, а потом еще один! Ах, Штирлиц с Кэт не на том пальце обручальные кольца носили!

Я не спорю, что уважение к деталям – важная сторона процесса. Но где вода, а где имение! Те же самые кольца… Их и разглядеть-то нельзя, а вот лицо Кати с её страхом за детей, с надеждой на прекращение этих страхов и со спрятанным за титрами фильма неизвестным будущим для неё и её ребятишек – вот оно, это лицо! Во весь экран. Вылепленное  по воле режиссера, актрисы, оператора, осветителя и проч. Да, в этой сцене кольца героев не на той руке! Ну и что! Сцена вообще снимается в Бакуриани, а не на границе Швейцарии. И стоят возле шлагбаума не клятые нацисты, а такие же актеры. И автоматы у них не стреляют, а автомашины взяты из музея - и внутри у них не аутентичный бензин! Плевать… Искусство – всегда условность!

Однако, вкус к деталям у меня есть и у самого! Только лишенный ехидства, а направленный скорее на самообразование – в этих самых мелочах.

Вот Штирлиц приходит «знакомиться» с Плейшнером и поводом для этого изобретает «Мёверса, 57 года, лейпцигское издание». Пардон, а кто с ходу сможет сказать, чем, собственно говоря, интересуется Штирлиц?

Франц Карл Мёверс – фигура абсолютно позабытая, однако, в свое время сыгравшая свою роль в ориенталистике. Труд Мёверса по истории Финикии в своё время считался классическим, а его работы по минойской цивилизации изучал Шлиман - в поисках греческих сокровищ. Основной специальностью Мёверса было богословие и большую часть жизни он провел на университетской кафедре теологии, трактуя Ветхий Завет… Особенность просьбы Штирлица в том, что он просит первое посмертное издание Мёверса, в которое пост-мортем были внесены некоторые изменения… Неплохую книгу-приманку выбрал штандартенфюрер СС с физико-математическим образованием? На такую профессор Плейшнер должен был клюнуть! И он действительно сравнивает эту книгу – с ящиком маргарина… Заметьте – не масла… Тоже деталь…

Кто помнит, какую книгу Штирлиц использует в дешифровке? Правильно, томик Шиллера! А какой томик Шиллера? Уже сложнее… Это четвертый том из собрания сочинений штутгардского издания 1883 года, славного иллюстрациями Карла фон Гёдеке. В четвертом томе – философские и теософские произведения от поэта и драматурга… Думаю, что вы их не читали. А вот Штирлиц не только читал, но и использовал в шифровании. Когда "Мгновения" сдуру разрисовали, как детишки книжку-раскраску - томик стал фисташковым. На самом деле это издание - песочного цвета! В сети на аукционе за него просили стартовые 1500 евро.

Кстати, на полке, откуда Штирлиц вытаскивает маленький томик Шиллера – тот выделяется своей инородностью. За стеклом стоят толстые инфолио: мемуары, справочники и монографии по военному делу, строительству, радио, морскому ведомству издания 1900-1910 г.г. И вдруг – как сейчас пишут, ВНЕЗАПНО -  среди этих явных «антиков» книга в совсем другом переплете. Сборник фотографий «Берлин в моем портфолио» Генриха Зуле. Кто поставил во время съемок именно эту книгу рядом с Шилером и почему… Наверное, листал и сунул не в то место. Желающие потоптаться на киноляпах – пляшите. Эта книга издавалась в 1960-70-х годах (она выдержала множество изданий – точнее определить год я не берусь). Зато имеющие вкус к деталям  - могут поискать в сети фотографии Зуле. Он прекрасно снимал Германию и особенно Берлин!

А что писал Штирлиц левой рукой жене – для передачи через три границы? Здесь любопытно, что содержание записки «по Семенову» и «по фильму» - несколько отличается. Несильно, но отличается...

"Любовь моя, - начал писать он, - я думал, что мы с тобой увидимся на этих днях, но, вероятно, произойдет это несколько позже..." … приписал к тем  строчкам,  которыми  начал письмо: "Это произойдет, как я думаю, в самом ближайшем будущем"…  закончил письмо: "Я целую тебя и люблю" (книга – сокращенный вариант сцены).

Cherie! Je pensais te voir ces jours - ci. Mais en faudra ajourner notre rencontre. Je espere te voir tres bientot. Je t'embrasse et je t'aime!! (фильм)

Любимая! Я думал днями увидеть тебя, но придется отложить нашу встречу. Надеюсь увидеть тебя очень скоро. Я целую тебя - и люблю тебя!! (мой вольный перевод с французского)

Однако, какие мелочи…

Вот как написана эта сцена в книге полностью – и я бы хотел, чтобы вы, когда в очередной раз будете пересматривать фильм, вспомнили о том, что думал Исаев тогда (актер Тихонов в моменты экранных раздумий повторял таблицу умножения). «Над вымыслом слезами обольюсь…» Классик тут замолчал, но я не постесняюсь дополнить: "Чтобы потом в жизни, в нужный момент глаза остались сухими! Очень сложно ловить перекрестие прицела, когда глаза слезятся."

[Spoiler (click to open)]

"Любовь моя, - начал писать он, - я думал, что мы с тобой увидимся на этих днях, но, вероятно, произойдет это несколько позже..."

Когда он попросил связника подождать, он решил, что сейчас напишет Сашеньке. Видения пронеслись перед его глазами: и его первая встреча с ней во владивостокском ресторане "Версаль", и прогулка по берегу залива, первая их прогулка в душный августовский день, когда с утра собирался дождь и небо сделалось тяжелым, лиловым, с красноватыми закраинами и очень белыми, будто раскаленными, далями, которые казались литым продолжением моря.

Они остановились возле рыбаков - их шаланды были раскрашены на манер японских в сине-красно-желтые цвета, только вместо драконов носы шаланд украшались портретами русоволосых красавиц с голубыми глазами.

Рыбаки только-только пришли с моря и ждали повозки с базара. Рыбины у них были тупорылые, жирные - тунцы. Паренек лет четырнадцати варил уху. Пламя костра было желтоватым из-за того, что липкая жара вобрала в себя все цвета - и травы, и моря, и неба, и даже костра, который в другое время был бы красно-голубым, зримым.

- Хороша будет ушица? - спросил он тогда.

- Жирная уха, - ответил старшина артели, - оттягивает и зеленит.

- Это как? - спросила Сашенька удивленно. - Зеленит?

- А молодой с нее делаешься, - ответил старик, - здоровый... Ну а коли молодо - так оно ж и зелено. Не побрезгуйте откушать.

Он достал из-за кирзового голенища деревянную ложку и протянул ее Сашеньке. Исаев тогда внутренне сжался, опасаясь, что эта утонченная дочка полковника генерального штаба, поэтесса, откажется "откушать" ухи или брезгливо посмотрит на немытую ложку, но Сашенька, поблагодарив, отхлебнула, зажмурилась и сказала:

- Господи, вкуснотища-то какая, Максим Максимыч!

Она спросила старика артельщика:

- Можно еще?

- Кушайте, барышня, кушайте, - ответил старик, - нам-то она в привычку, мы морем балованы.

- Вы говорите очень хорошо, - заметила Сашенька, дуя на горячую уху, - очень красиво, дедушка.

- Да что вы, барышня, - засмеялся старик, обнажая ряд желтых крупных зубов, - я ж по-простому говорю, как внутри себя слышу.

- Поэтому у вас слова такие большие, - серьезно сказала Сашенька, - не стертые.

Артельщик снова рассмеялся:

- Да нешто слова стереть можно? Это копейку стерешь, пока с рук в руки тычешь, а слово - оно ведь будто воздух, летает себе и веса не имеет...

...В тот вечер они пошли с Сашенькой на вернисаж: открывали экспозицию полотен семнадцатого века - заводчики Бриннер и Павловский скупили эти шедевры за бесценок в иркутской и читинской галереях. На открытие приехал брат премьера - министр иностранных дел Николай Дионисьевич Меркулов. Он внимательно осматривал живопись, щелкал языком, восхищался, а после сказал:

- Наши щелкоперы болтают, что дикие мы были и неученые! А вот полюбуйтесь - такие картины уж двести лет назад рисовали! И похоже, и каждая деталька прописана, и уж ежели поле нарисовано - так рожью пахнет, а не "бубновым вальтом"!

- Валетом, - машинально поправила его Сашенька. Она сказала это очень тихо, словно бы самой себе, но Максим Максимыч услышал ее и чуть пожал ее пальцы.

Когда министр уехал, все зашумели, перейдя в соседний зал, где были накрыты столы для прессы.

- А говорят, интеллигентных владык у нас нет! - шумел кто-то из газетчиков. - Культурнейший же человек Меркулов! Воспитанный, образованный! Интеллигент!

Штирлиц хотел написать ей про то, как он до сих пор помнит ту ночь на таежной заимке, когда она сидела возле маленького слюдяного оконца и была громадная луна, делавшая ледяные узоры плюшевыми, уютными, тихими. Он никогда раньше не испытывал того чувства покоя, какое судьба подарила ему в тревожную, трагическую ночь...

Он хотел сказать ей, как часто он пробовал писать ее лицо - и в карандаше, и акварелью. Однажды он пробовал писать ее маслом, но после первого же дня холст изорвал. Видимо, само Сашенькино существо противоречило густой категоричности масла, которое предполагает в портрете не только сходство, но и необходимую законченность, а Сашеньку Штирлиц открывал для себя наново каждый день разлуки. Он вспоминал слова, сказанные ею, семнадцатилетней, и поражался, по прошествии многих лет, глубине и нежности ее мыслей, какой-то их робкой уважительности по отношению к собеседнику - кем бы он ни был. Она и жандармам-то сказала тогда: "Мне совестно за вас, господа. Ваши подозрения безнравственны".

Штирлицу хотелось написать ей, как однажды в Париже на книжных развалах он случайно прочел в потрепанной книжечке: "Мне хочется домой, в огромность квартиры, наводящей грусть. Войду, сниму пальто, опомнюсь, огнями улиц озарюсь..."

Прочитав эти строки, Штирлиц второй раз в жизни заплакал. Он заплакал первый раз, когда, вернувшись из первой своей чекистской поездки за кордон, увидел могилу отца. Старик начинал с Плехановым. Его повесили белоказаки весной двадцать первого года. Он заплакал, когда остался один, плакал по-детски, жалобно всхлипывая, но не этого стыдился он, а просто ему казалось, что его горе должно жить в нем как память. Отец его принадлежал многим людям, а вот память о папе принадлежала ему одному, и это была особая память, и подпускать к ней Штирлиц никого не хотел, да и не мог. А тогда в Париже на книжном развале он заплакал неожиданно для самого себя, потому что в этих строках он увидел чувство, которое было так нужно ему и которого он - за всю жизнь свою - так и не пережил, не ощутил. За строчками этими он увидел все то, что он так явственно представлял себе, о чем он мечтал, но чего не имел - ни одной минуты.

Ну как же сейчас написать Сашеньке, что осенью - он точно помнил тот день и час: 17 октября сорокового года - он пересекал Фридрихштрассе и вдруг увидел Сашеньку, и как у него заледенели руки, и как он пошел к ней, забыв на мгновение про то, что он не может этого делать, и как, услыхав ее голос и поняв, что это не Сашенька, тем не менее шел следом за той женщиной, шел пока она дважды не обернулась - удивленно, а после - рассерженно.

Ну как написать ей, что он тогда три раза просил Центр отозвать его и ему обещали это, но началась война...

Как может он сейчас все видения, пронесшиеся перед глазами, уместить в слова?

И он начал переводить строчки Пастернака на французский и писал их, как прозу, в строку, но потом понял, что делать этого нельзя, потому что умный враг и эти стихи может обратить в улику против парня, который пьет апельсиновый сок и курит сигарету так, как это сейчас модно там, где он жил. И он положил этот листок в карман (машинально отметив, что сжечь его удобнее всего будет в машине) и приписал к тем строчкам, которыми начал письмо: "Это произойдет, как я думаю, в самом ближайшем будущем".

Ну как написать ей о встрече с сыном в Кракове летом прошлого года? Как сказать ей, что мальчик сейчас в Праге и что сердце его разрывается между нею и Сашей-маленьким, который без него стал Сашей-большим, и Гришанчиковым? Как сказать ей о любви своей и о горе - что ее нет рядом, и о том, как он ждет дня, когда сможет ее увидеть? Слова сильны только тогда, когда они сложились в библию или в стихи Пушкина... А так - мусор они, да и только. Штирлиц закончил письмо: "Я целую тебя и люблю".

"Как можно словами выразить мою тоску и любовь? - продолжал думать он. - Они стертые, эти мои слова, как старые монеты. Она любит меня, поэтому она поверит и этим моим стертым гривенникам...

Нельзя мне ей так писать: слишком мало мы пробыли вместе, и так долго она живет теми днями, что мы были вместе. Она и любит-то меня того, дальнего, - так можно ли мне писать ей так?"

- Знаете, - сказал Штирлиц, пряча листочки в карман, - вы правы, не стоит это тащить вам через три границы. Вы правы, простите, что я отнял у вас время.

старый

Ложь о лжи - не делает ее правдой

Умер Эдуард Володарский.

Почему неполживые, прощаясь этим человеком, вспоминают не фильм "Моонзунд", к которому он писал сценарий, а обязательно фильм "Штрафбат"?

Чтобы напоследок бросить на гроб человека тот факт, что он лгал? Или у кого-то ощущение, что ореол смерти сделает ложь менее лживой - смерть всё спишет? Не спишет! Не те счета!

Журнал Фома достал по случаю его интервью. О чем? Обязательно - про эту его ложь.

Да, надо признать - у творческих людей есть право на ошибку. У них нет права на осознанное враньё. Володарский лгал. Не фильмом - это всего лишь игра актеров по прихоти режиссера на темы фантазий сценариста. Он лгал, когда обосновывал всё это как неполживую правду.

Я совсем чуть-чуть процитирую его интервью.

"О штрафниках у нас никто не писал. ... Интересовала меня в первую очередь психология людей, штрафников, о которых у нас никогда не говорилось."

А "Вечный зов" Анатолия Иванова? Один из самых "советских" романов-эпопей! Награжденный Госпремией. Изданный милионными тиражами! Или не читамши? Или там штрафники в сусальном елее описаны? Не верю. Приятно было покойному лгать и хвалить себя, "первооткрывателя", своей ложью...

"Ордена в России всегда получали заседатели штабов."

А как же все орденоносцы Действующей Армии!? Как с моими дедами, которые своей кровью ордена зарабатывали? Их как бы и не было - а были некие заседатели...

"Никогда" ... "Всегда" ...  "Никто" ... "Мы сегодня максимально стремимся к правде."

И хватит.

Покойся с миром, г-н Володарский. Спасибо за Моонзунд!
Пестун

Позитив

Хорошо, когда день начинается с позитива!

Первая новость во открытой френдленте http://yadocent.livejournal.com/330407.html

В Луганске сняли первый на Украине полнометражный мультфильм. Десять юных аниматоров из местной школы мультипликации «Фантазеры» почти год работали, чтобы создать поистине уникальную картину. Мультфильм называется «Наши» и рассказывает о жизни и подвиге участников «Молодой гвардии», которой в этом году исполнится 70 лет. Это первый полнометражный художественно-анимационный фильм, созданный на Украине за годы независимости. Несколько месяцев работы с музейными архивными материалами, десятки часов интервью с очевидцами тех событий, сотни дней создания анимационных кадров… И вот итог изнурительного труда – 52 минуты удивительной трогательной истории молодогвардейцев, которую еще не знал мир (остальное читайте по месту).

Потом на волне хорошего настроения удалось от души посмеяться (http://www.odnako.org/blogs/show_20189 ) . Сергей Лукьяненко в блоге на "Однако" недавно на злобу дня написал смешную сценку "Кискин Дом или Трудности перевода". Хороший писатель - он везде хорош. Рекомендую.

Ну и завершила всё фраза в каментах к этой пьеске - с цитатой от шеф-редактора проекта "Однако.орг" Виктора Мураховского ака VIM:

 "Цель - возвращение обновлённого, говоря словами экономистов, Красного проекта, по возможности бескровное. Политика - агитация, анализ и пропаганда."

Вот теперь с хорошим настроением - и науку с техникой грызть приятно! Совсем другой вкус.

Цели поставлены, задачи определены - за работу, товарищи!

Апдейт - http://www.youtube.com/watch?v=kQkPxOerX_g&feature=player_embedded - трейлер мультика от луганских ребятишек (спасибо за наводку http://oksana107.livejournal.com/)



впал в детство

На далеком Лимпопо, где гуляют оппопо

После фильмы на НТВ...

Вам ничего не напоминает?

Наслышан о скандальном репортаже и президент факультета журналистики МГУ Ясен Засурский, который заявил, что настороженно относится к "заданным" фильмам. "Я жалею, что еще не успел посмотреть. Но наперед могу сказать, что этот жанр неприемлем для цивилизованного телевидения, это несерьезно ...", - сказал корифей российской журналистики. ( http://top.rbc.ru/society/16/03/2012/642092.shtml )

Для тех, кому не напомнило: "Я Пастернака не читал, но осуждаю!"

Оппопо - оно такое опппопо.

королёвский

Снова о системе "свой-чужой" для этносов


Система распознавания «свой-чужой» для военных изделий – одна из важнейших! Для самих военнослужащих в момент конфликтов и войн – тоже. Но существует такая же система для обычных людей и даже для этносов. Формируется она на уровне подсознания, но несмотря на это (или благодаря этому?) работает очень четко.

Также как температуру пациента можно измерять и градус «приязни-неприязни» между этносами, для чего придуманы в социологии-этнографии специальные опросники. Интересно, что наиболее чутко в этом случае реагируют люди на мысль о потенциальном создании семьи любимыми чадами с представителем иного рода-племени. По Украине, ее краям-областям и ее соседям я таких данных пока не знаю, зато есть в моих закромах кое-что не менее интересное, но простое.

Центр Разумкова расспросил людей о степени близости их характера, обычаев, традиций к культуре разных других регионов Украины и соседних стран. Расставьте, дескать,  оценки, как в школе. Десятка – вы с ними одинаковые. Ноль – в вас ничего похожего на них нет. Данные за два года – темные точки за 2007, светлые за 2006.

 

Collapse )


впал в детство

Как Бандериада в Бендериаду превратилась


Воспользовавшись информацией из ЖЖ varjag_2007 не могу не скомпилировать великолепную иллюстрацию к тому маразму, которым занята СБУ. Бузины и Важдры на них явно мало. Нужны такие титаны как Ильф и Петров!

Вот свеженький реальный репортаж из г.Севастополь:

"Набережную оцепили несколько десятков сотрудников спецслужб с милицейскими патрулями, которые начали проверку документов. Людей доставляли в помещение театра, над входом в который появилась надпись: "фильтрационный лагерь".
Одна девушка начала возмущаться и показала российский паспорт. В ответ старший группы сказал: "Эту к русским". Ее схватили под руки и увели, всех людей напугали, туристы в шоке. Из моего магазина убежал последний клиент", — сказал один из очевидцев. По его данным, у задержанных отбирают телефоны и держат в тесном изолированном помещении.
Представитель пресс-службы СБУ сообщил, что в городе проводятся широкомасштабные учения спецслужб по антитеррору. "Никто не пострадает и не будет ущемлен в гражданских правах", — утверждает представитель СБУ.
Популярная у туристов и местных жителей набережная опустела. Люди разбежались, все машины разъехались, закрылись некоторые увеселительные заведения."

А вот живенькое описание аналогичного действия украинских любителей маневров - случившееся в славном городе Черноморске несколько десятилетий тому назад.

"В эту минуту набежала группа людей в таких же противогазах, и среди десятка одинаковых резиновых харь уже нельзя было найти Корейко. Придерживая свою папку, Остап сразу же стал смотреть на ноги чудовищ, но едва ему показалось, что он различил вдовьи брюки Александра Ивановича, как его взяли под руки и молодецкий голос сказал:
-- Товарищ! Вы отравлены!
-- Кто отравлен? -- закричал Остап, вырываясь. - Пустите!
-- Товарищ, вы отравлены газом! - радостно повторил санитар. -- Вы попали в отравленную зону. Видите, газовая бомба.
На мостовой действительно лежал ящичек, из которого поспешно выбирался густой дым. Подозрительные брюки были уже далеко. В последний раз они сверкнули между двух потоков дыма и пропали. Остап молча и яростно выдирался. Его держали уже шесть масок.
-- Кроме того, товарищ, вы ранены осколком в руку. Не сердитесь, товарищ! Будьте сознательны! Вы же знаете, что идут маневры. Сейчас мы вас перевяжем и отнесем в газоубежище.
Великий комбинатор никак не мог понять, что сопротивление бесполезно. Игрок, ухвативший на рассвете счастливую талию и удивлявший весь стол, неожиданно в десять минут спустил все забежавшему мимоходом из любопытства молодому человеку. И уже не сидит он, бледный и торжествующий, и уже не толкутся вокруг него марафоны, выклянчивая мелочь на счастье. Домой он пойдет пешком.
К Остапу подбежала комсомолка с красным крестом на переднике, Она вытащила из брезентовой сумки бинты и вату и, хмуря брови, чтобы не рассмеяться, обмотала руку великого комбинатора поверх рукавa. Закончив акт милосердия, девушка засмеялась и убежала к следующему раненому, который покорно
отдал ей свою ногу. Остапа потащили к носилкам. Там произошла новая схватка, во время которой раскачивались хоботы, а первый санитар-распорядитель громким лекторским голосом продолжал
пробуждать в Остапе сознательность и другие гражданские доблести.
-- Братцы! - бормотал великий комбинатор, в то время как его пристегивали к носилкам ремнями. - Сообщите, братцы, моему покойному папе, турецкоподданному, что любимый сын его, бывший специалист по рогам и копытам, пал смертью храбрых на поле брани.
Последние слова потерпевшего на поле брани были:
-- Спите, орлы боевые! Соловей, соловей, пташечка..."

Нас ждет следующая серия?

СБУ пилит гири, например...