Андрей Светлако (svetlako) wrote,
Андрей Светлако
svetlako

Category:

Черные свитки (часть четвертая - фактологическая)

Начало (часть первая) : svetlako.livejournal.com/8615.html

 

Именно фактологическая. Задокументированная. С цифрами. С приказами. С постановлениями.

Написать эту часть меня опять заставил пан Гриневич, ставший в итоге моим мысленным оппонентом. Да, его тезисы о персональной ненависти к  украинцам с оккупированных территорий, которых из мести посылали на убой – именно как украинцев – оказались …э-э-э… не вполне правдой. Только ведь его слова были якобы «подтверждены» цифрой и буквой, а мои – до сих пор основывались на моих собственных эмоциях и свидетельствах очевидцев. Придется мне тоже стать буквоедом и раскрыть свою точку зрения, используя язык цифр и приказов.

Гриневич, как многие другие историки и публицисты, говоря о практике призыва в освобождаемых районах, начинает рассказ с 1943 года. Дескать, именно тогда появились полевые военкоматы, которые шли вслед за наступающей армией, тогда появились поступающие во фронтовые части люди в гражданской, а не военной одежде, тогда возникли проблемы с вооружением пополнений. С Гриневичем всё понятно… Он выделяет только ту войну, которая шла по территории Украины и с участием украинцев, а другие ее составляющие - под Сталинградом, под Ржевом или в Белоруссии – для него неинтересны. Именно поэтому, говоря о мобилизации лиц с оккупированных территорий, он упоминает только выпущенную в 1943 году «специальную директиву, в которой указывалось на необходимость шире использовать такой источник пополнения войск, как мобилизация военнообязанных из освобожденных районов». Якобы по ней, «армия практически получала карт-бланш на «использование» людских ресурсов».

Удивительно, но дело обстоит с точностью до наоборот. Подробное рассмотрение документов показывает, что не было ни карт-бланша, ни 1943-го года как начала отсчета! На самом деле такая директива впервые появилась ровно тогда, когда наши войска наконец-то перестали пятиться назад и впервые начали освобождать свою землю. В ходе наступления под Москвой мы массово и впервые столкнулись с «лицами на освобожденных советских территориях». Есть ситуация, есть люди – нужен порядок. Война без порядка – это война на проигрыш.

Первый приказ ставки ВГК №089 по данной тематике датируется 9 февраля 1942 года! Он направляется начальникам штабов Воронежского, Юго-западного, Донского, Сталинградского и Закавказского фронтов. В нем подчеркивается, что «в связи с транспортными трудностями уже подготовленные для фронта большие массы пополнения очень часто задерживаются в пути, запаздывают и прибывают в действующие части несвоевременно», и содержится требование об «использовании еще не служивших в армии военнообязанных освобождаемых от немецкой оккупации советских районов и областей». Логично? Логично. Не ждать, пока фронт пройдет мимо - и потом уже призывать этих людей. Нет, делать всё быстрее! Ведь под пятой врага самые населенные районы страны, а людские резервы восточных областей не беспредельны. Значит, не отправлять всех освобождаемых призывников в глубокий тыл для учебы, а «обязать военные советы  действующих армий для пополнения  живой силой своих частей призывать в порядке мобилизации советских граждан в ряды Красной Армии. Призыву подлежат граждане освобождаемых от оккупации территорий в возрасте от 17 до 45 лет из числа лиц, не призывавшихся в Красную Армию в течение истекших месяцев войны. Во всех армиях незамедлительно сформировать запасные полки, которые и должны осуществлять практически отсев, призыв и боевую подготовку этих контингентов в полосе действия своих армий.»

 

Считаю важным отметить: во-первых, никакой речи о том, что в бой должны бросать необученный контингент – НЕТ; во-вторых, никакого злого умысла по уничтожению этих призывников – тоже НЕТ. Есть - нормальная воинская практика. Запасные полки – это те самые учебные полки, в которых проходило обучение и мобилизуемых в более глубоком тылу.

Сколько в них должны были учиться воевать? Об этом говорил действующий Устав, а точнее «Положение о запасных частях военного времени сухопутных войск». В нем четко расписаны все сроки: «Основными запасными стрелковыми частями являются запасные стрелковые полки, сводимые в бригады и подчиненные командующим войсками округов, и армейские запасные стрелковые полки, подчиненные непосредственно командующим войсками армий или командирам корпусов. … Срок обучения в тыловых запасных частях устанавливается: в приемнике-распределителе до 15 дней, в строевых подразделениях до 1,5-2 месяцев и в учебных подразделениях 3 месяца…»

Это теория, но, к сожалению, в дело вмешивается жесткая и жестокая военная практика, которая оказывается вне Уставов и из-за которой мне приходится писать эту статью. Дело в том, что сроки обучения, которые суммарно должны были по Уставу составлять почти полгода, сокращались в действительности до месяца, а кое-где, как это произошло, например, с «чернорубашечниками», которых повстречал на своем военном пути мой дед – всего до недели. Ужасы войны… Но воевать было нужно, и не всегда мы это умели делать, особенно в первые годы.

Уделяла ли Ставка этому вопросу внимание? Собственно вопросу качества обучения новобранцев - очень немного. Среди ее постановлений по качеству обучения прибывающего пополнения – единичные документы. Но все-таки те директивы, на которые ссылается с своей статье Гриневич, как раз об этом. В одной из них за №0430 от 15 октября 1943 г. идет речь о признаваемой порочной (sic!) практике, когда мобилизация прошедших оккупацию людей осуществляется не на уровне армий, как это должно быть по Приказу №089, а на низшем уровне:

«При выполнении этого приказа (№089 – А.С.) допускаются серьезные нарушения установленного законом порядка проведения мобилизации. Мобилизацию производят не только военные советы армий, но и командиры дивизий и частей, не считаясь с фактической потребностью в пополнении.

В связи с этим в дополнение к приказу № 089 от 9.2.42 г. Ставка Верховного Главного Командования приказывает:

1. Призыв военнообязанных в освобождаемых от немецкой оккупации районах производить только распоряжением военных советов армий через армейские запасные полки, запретив производить мобилизацию командирам дивизий и полков.

2. Начальнику Главупраформа установить для каждого фронта количество подлежащих призыву по мобилизации в соответствии с утверждаемым мною планом подачи пополнения для каждого фронта.

3. Всех военнообязанных, мобилизованных сверх установленной по плану нормы для каждого фронта, направлять в запасные части по указанию начальника Главупраформа.»

Основной причиной появления этого приказа, судя по дате, стали кровопролитные бои летне-осеннего наступления 1943-го (в том числе и описанное в этой статье наступление на Изюм-Барвенковском направлении). Ставка не только не одобрила появившиеся случаи использования «лиц с освобождаемых территорий» на уровне полков и даже дивизий и армий, но и начала с этим бороться! Поздно? Но наступательные бои, в которых проявилась эта убийственная и жестокая обыденность войны, прошли только сейчас, в конец лета/начало осени 1943-го. До этого применять приказ №089 было де-факто негде – например, на юге мы отступали после Харьковской катастрофы аж до Сталинграда. Какие тут освобожденные территории!

Между прочим, приказ №089 с момента издания снова напоминает о себе как раз после победы под Сталинградом, в предчувствии наступательных боев - в Директиве Ставки ВГК № 46015 командующим войсками Юго-Западного, Южного и Северо-Кавказского Фронтов о создании постоянных резервов от 29 января 1943 года. Приведу его текст как весьма важный для понимания противоречия между сутью Приказа №089 и пока потенциальной практикой его применения:

«Для создания постоянных резервов фронта и наиболее планомерного проведения  наступательных боевых действий Ставка Верховного Главнокомандования приказывает:

С февраля месяца с. г. приступить к выводу в резерв фронтов стрелковых дивизий и стр. бригад для доукомплектования и отдыха с последующим вводом их в бой и вывода в резерв на их место других, наиболее ослабленных стр. соединений.

Количество выводимых одновременно стр. дивизий и бригад и сроки их доукомплектования определять решением командующих фронтов, исходя из оперативной обстановки и наличия ресурсов, необходимых для доукомплектования выводимых соединений.

В качестве людского пополнения для доукомплектования выводимых в резерв фронтов стр. соединений использовать пополнение, мобилизуемое в порядке приказа Ставки Верховного Главнокомандования № 089 от 9.02.1942 г.1 в районах, освобождаемых от противника, и маршевое пополнение, направляемое фронтам по плану Главупраформа.

Для контроля за выводом в резерв фронтов стр. дивизий и бригад и помощи со стороны главных управлений в дообеспечении недостающим вооружением и имуществом надлежит ежемесячно представлять в Генеральный штаб план вывода в резерв фронтов стр. дивизий и бригад.»

Необходимое пояснение. Тылы полка – это километр от передовой. Тыл дивизии – несколько километров. Тыл армии – несколько десятков километров. Тыл фронта - около сотни километров. Вот туда, за сотню километров должны были отводить дивизии на доукомлектование, там должны были проходить учебу и входить в состав Действующей Армии «чернорубашечники»

Грешно употреблять слово «соблазн», но именно оно слишком верно описывает ситуацию лета 1943 года. В истекающем кровью полувыбитом полку, когда в километре оказывается пусть недообученный, но резерв, который готовят к отправке в тыловые учебные полки – неизбежно появляется желание заткнуть дыру именно им. Пойди докричись до тылов фронта – за сотню километров от этого жаждущего пополнения разбитого полка. Резервы… Они там - в тылах фронта. Там маршевые полки, которые приходили из далекой Сибири или Урала (в крайнем случае, в тылах армий), и там же «чернорубашечники», если им повезло быть передислоцированными в соответствии с уставами. Если «чернорубашечники» добирались туда из тылов полков и дивизий – то становились там совершенно равноправными с маршевым пополнением, пришедшим из глубины страны. Так должно было быть, так планировалось – и так не случилось в наступлениях 1943-го года. Спланированных сил оказалось недостаточно…

Но Ставка не хотела «затыкания дыр»! Ставка хотела иметь нормальное, обученное пополнение! Жуков мог посылать даже целые армии, а не только батальоны - на верную смерть, но не на бессмысленную смерть. Смерть героев должна была быть основанием побед, а не слепым перемалыванием собственной военной силы. Сплошь и рядом в войне, чья-то «верная смерть» – это необходимая составляющая общей победы. Отвлекающие удары, удары на связывание сил, удары на опережение – все эти чисто военные действия нелогичны для рядового бойца, попавшего на острие «неглавного удара». Такие действия в принципе не могут подкрепляться достаточными резервами, они – как бы «на обочине войны». Полки, которые гибнут на этих отвлекающих направлениях, не знают и не могут знать всего масштаба военных операций, они не знают, что их «почти непродвижение» на один километр – дает возможность кому-то проломить оборону врага и выйти на оперативный простор! Дать победу в итоге всем - и их выбитому полку. Праздник не на их улице, но все эти улочки в одном городке…

Полки, попавшие на фронте в такие обстоятельства, мечтали получить ЛЮБОЕ пополнение. Воевать 20-ю процентами от списочного состава, когда противник давит и жмет – невозможно. Война перемалывала не только людей, она перемалывала логичные и правильные директивы. Пополнение, которое должно было учиться в тылах фронтов – оказывалось на передовой. Страшная логика войны – исполненная каким-то начдивом, а то и комполка…

Сколько их было таких, «чернорубашечников»… Именно из-за того, что процесс ушел из-под контроля армий и фронтов, этого, наверное, никто никогда не узнает. Зато можно узнать, сколько планировалось и сколько было разрешено призвать по прифронтовому механизму, причем повторю: призвать под обучение в тылах фронта! Такие цифры есть в том самом постановлении Ставки, цифры из которого цитирует Гриневич без ссылки на номер постановления - когда говорит о численности пополнения «чернорубашечников». Почему без ссылки и без дословного цитирования – а потому что тогда его кривда станет всем видна! Испарится его утверждение, что мобилизация освобожденных предписывалась только Украинским фронтам. В Приказе Ставки ВГК о мобилизации военнообязанных с территории, освобождаемой от немецкой оккупации, для пополнения войск фронтов за №00141 от 16 ноября 1943 г. перечисление фронтов, которые должны использовать эти резервы список начинается с Прибалтийского Фронта (15 тыс.чел.), потом упоминается Западный – 30 тыс., потом Белорусский – 30 тыс., и только потом Украинские фронты (в таком же количестве мобилизуемых). Для Гриневича это постановление – свидетельство национальной ненависти к украинцам. А на деле такая же «ненависть» у Ставки якобы оказывается ко всем национальностям вдоль всех фронтов. Так было ли это постановление «ненавистью и «местью» украинцам? Ответ очевиден.

Итак, численность пополнения из потенциальных «чернорубашечников», разрешенного Ставкой по этому приказу, составила для каждого из Украинских фронтов около 3-х дивизий. Вы помните, что за время своего участия в Изюм-Барвенковском наступлении 243-я дивизия моего деда полностью «сменила» свой состав (даже более того). А таких дивизий в составе Юго-Западного Фронта было 29 и большинство из попавших в первые эшелоны наступления понесли такие же потери - почти равные списочному составу! ДВАДЦАТЬ ДЕВЯТЬ и на замену только ТРИ дивизии из призванных тут же украинцев. Остальные пополнения - из тыла… Неукраинского на тот момент тыла. И все они, из украинцев и неукраинцев, пошли на передовую, где в наступательных боях что обученному солдату, что необученному - жизни отпущено на одну-две атаки.

Вот другие бои июля 1943 года севернее Изюма - и процент потерь такой же высокий. «По далеко неполным данным из боевых донесений тех двух дней боев: 431 человек был убит и 1516 человек ранены. И это потери только из двух полков дивизии, так как 29-й полк был в резерве командарма, а наш 3-й батальон в резерве комкора. Только одних офицеров в те двое суток боев мы потеряли 285 человек убитыми и ранеными. Следующий день боев никаких успехов нам не принес. Да и кем было воевать?» (Лебединцев А.З.)

При численности стрелкового полка по сокращенному штату в 1552 чел. за эти два дня из состава наступавших полков выбыла половина личного состава. Действительно – кем воевать?! Если резервы не подходят, то война на этом участке заканчивается нашим безоговорочным поражением. Вот в таких ситуациях и хватались комдивы за любые возможности…

Всё еще хуже. Хорошее наступление – это не только численность бойцов, но еще и огневая поддержка, воздушное сопровождение, эшелонирование наступающих порядков и еще многое другое… Например, на вспомогательных, а тем более отвлекающих направлениях этого не было и быть не могло. Не могла Красная Армия тогда обеспечить требуемый перевес – везде. Зато нужны были отвлекающие удары не меньше, чем сам достигнутый в месте главного наступления перевес. Снова потери и гибель солдат. Бессмысленная? Нет! Безжалостная? Тоже нет. Война…


Продолжение (часть пятая): svetlako.livejournal.com/9475.html 
Tags: Прошлое
Subscribe

  • Про Россию

    Во Франции есть старинное двустишие: Cet animal est tres mechant Quand on l'attaque, il se defend. В блестящем - по верности размера,…

  • Лёвка, шапка и бердыш со стеною...

    Захотелось продлить геральдическую тему. Представляю прелестный официальный шеврон Военной комендатуры первопрестольной. По мне - с мишкой было бы…

  • Вторжение

    В половине двенадцатого с северо-востока, со стороны деревни Чмаровки, в Украину тремя колоннами вторгся молодой человек лет двадцати восьми. За…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment